?

Log in

No account? Create an account

Внутренняя боль


Не обманываем ли мы сами себя, когда читая Библию, чувствуем полное согласие с автором в каком-либо вопросе? Может, так происходит потому, что библейское учение отвечает нашим личным требованиям, а вовсе не потому, что оно является руководством Святого Духа?

Когда мы не хотим изменяться и не желаем замечать свой эгоцентризм, тогда получается, что только Бог должен выполнять Свои обязательства. Точно так же почтальон, развозящий утренние газеты, должен у каждого дома оставить свежий номер даже в дождливый день. Мы ощущаем доброту почтальона лишь какое-то мгновение, а затем даем ему чаевые и забываем о нем до следующего дня.

Часть проблемы заключается в том, что мы чувствуем боль наших душевных ран сильнее, чем собственную греховность. Поэтому мы реагируем скорее на то учение, которое предлагает нам освободиться от внутренней боли, нежели на учение об избавлении от греха.

Важно понять, насколько неверны все наши старания достичь целостности. История полна примеров, когда мужчины и женщины, живущие по воле Божьей, благословляли других, испытывая при этом ужасную внутреннюю борьбу. Вряд ли все они ощущали собственную целостность, когда принимали решение помогать другим людям.

Все, что мы делаем, берет свое начало в наших глубоких личностных потребностях. Мы, по сути, все далем только для себя и собственного удовольствия. Такое служение собственным интересам является попыткой выжить в мире, который постоянно ранит и обижает нас. Обращение к Богу подразумевает отказ от личных потребностей (в том смысле, что мы приходим к Нему не в своей целостности, а в Его славе). В процессе этого мы больше не стремимся стать совершеннее, но принимаем Божий взгляд на нашу природу и понимаем, что Он гораздо лучше позаботится о наших израненных сердцах, чем мы сами. Мы пытаемся обрести целостность в общении с Богом.

Для того чтобы возрастать в истинной святости, нам нужно постоянно осознавать собственный эгоцентирзм. Это осознание приведет нас к искренней благодарности Богу, Который прощает нам этот грех. Мы больше не будем добиваться того, чтобы другие люди поддерживали и удовлетворяли наши эгоистичные желания. Нам следует на некоторое время отказаться от собственных убеждений и рассмотреть мотивы, которые руководят нами. Честно взглянув на эти мотивы, мы обнаружим желание удовлетворить собственные эгоистические побуждения. Мы также поймем, что прощение для нас менее важно, чем стремление к благополучию.

Нет ничего плохого в том, что мы пытаемся развеять свои сомнения в процессе споров и рассуждений. Но сам факт, что мы отклоняемся от торжества Божьего прощения и жизни, направленной на служение другим, и желаем только собственного исцеления, - это грех по своей сути. Бог всегда помнит о нашем существовании, а мы забываем о Нем, хотя должны постоянно осознавать, что желижт в основании Благой вести.

В Новом Завете говорится как о грехе и о Божьем гневе (Рим. 1:1-3:20), так и о чудесном избавлении от грехов. Когда человек осознает свой грех и принимает Благую весть о прощении, наступает чудо исцеления. В такой момент мы должны испытывать подлинную радость. Даже когда разочарования заставляют нас чувствовать постоянную боль, даже когда нам хочется кричать и плакать гораздо больше, чем радоваться (а таких моментов всегда немало на пути к духовной зрелости), мы все равно должны праздновать Божье прощение.

Когда мы празднуем прощение, воспевая Господа, или просто уступаем прощению основное место в нашей жизни, происходят внутренние изменения. В нас развивается способность заботиться о других людях больше, чем о себе. Это и есть работа Святого Духа. Осознание собственной греховности будет постоянно расти и, в конечном итоге, нас больше будет пугать наш эгоизм, чем наша внутренняя боль. Мы поймем, что должны отказаться от служнения своим интересам и построить свою жизнь так, чтобы благополучие других людей стало для нас самым главным делом в жизни. Конечная цель Евангелия - преобразование нас в образ Xриста.


Лэрри Крабб, Мужчина и женщина

Истинное покаяние


Истинные извинения никогда не включают объяснения, они являются признанием вины. Когда мы по-настоящему просим прощения, мы тем самым признаем, что нанесли кому-либо непоправимый ущерб. Кающиеся люди понимают, что их грех не может быть оправдан, но может быть только осужден и прощен. Грех нельзя понять или оправдать, поэтому люди просят прощения, которого на самом деле не заслуживают. Лишь истинно кающиеся люди имеют возможность получить удивительную Божью благодать. Они понимают, что им нужно только признать свои грехи - и они получат прощение, у которого нет ограничений, ибо оно - бесконечно.

Неважно, изменили ли вы супругу (супруге), или просто не проявили по отношению к нему (к ней) должного вниманию, проблема заключается в том, что мы не склонны рассматривать свои промахи и грехи как не подлежащие оправданию эгоистичные решения. Мы хотим, чтобы все воспринимали наши падения как ошибки, которые можно понять. Те ошибки, которые совершают наши партнеры по браку, кажутся нам ужасными, свои же ошибки мы рассматриваем более благосклонно.

Желание оправдать себя и свалить вину на кого-нибудь другого известно человечеству со времен Адама и Евы, когда Адам обвинил Еву, а та обвинила змея. Если бы мы не пытались оправдать себя, нам пришлось бы столкнуться лицом к лицу с нашей греховной природой, которая заражена грехом эгоцентризма и заслуживает наказания.

Но увидев себя такими, какие мы есть, мы не сможем не признать, что мы - осужденные грешники. Мы поймем, что достойны наказания смертью, потому что бессильны сделать себя хоть немного лучше. Мы также поймем, что наши самые лучшие поступки не обеспечивают нам защиты и являются бесполезным прикрытием от гнева праведного Судьи. Это состояние не назовешь приятным. Неужели путь к Богу начинается с такого ощущения? Как после всего этого не разучиться радоваться?

Возможно, самая трудная задача здесь - это попытка изменить свое мышление. Трудно пережить ужасный момент наготы и унижения. Однако именно с этого состояния не только начинается духовная жизнь, но и приходит настоящая радость.

Больше, чем что-либо, нашему духовному росту мешает не просто эгоцентризм сам по себе, но тот, который кажется нам правильным и разумным. Когда мы ивидим, насколько уродлив наш эгоцентризм, Бог поможет нам стать более любящими и совершенными.

Стремясь к близким взаимоотношениям в семье, мы должны перестать оправдывать свой эгоизм. Если мы сможем избавиться от склонности к самооправданию, тогда, возможно, нам будет легче контролировать свой гнев, когда он появится. Мы сможем признать его греховным и пережить радость Божьего прощения. Мы поймем, насколько сильным и обогащающим является Его очищение; поймем, что больше не находимся под осуждением, и испытаем Его всепрощающую благодать.

Избавление от склонности к самооправданию - очень тяжелый труд. Не так много людей справляются с ним. Почему мы так редко переживаем ощущение собственной ничтожности и греховности? Почему мы день и ночь не каемся Господу в своем несовершенстве? Каким образом мы надеемся получить Божье прощение? Возможно, ответы на эти вопросы покажут нам, насколько сложна работа по перекраиванию эгоцентричных людей в людей, сконцентрированных на нуждах других.

Лэрри Крабб, Мужчина и женщина

Законничество


Законничество считает выполнение заповедей более важным, чем ответ на призыв Господа следовать за Ним. Таким образом, получается, что Господь умер на кресте ради того, чтобы мы могли быть законопослушными. Нам предоставляется список правил, выработанных руководством церкви, которое не видит в людях израненных, плачущих, чувствующих одиночество личностей, переживавших, быть может, нелегкое детство.

Для законников такие слова, как аутентичность и индивидуальность, значит не так уж много. Вместо этого к месту и не к месту используются слова власть и послушание, чтобы принудить людей к строгому соблюдению навязанных стандартов; соответствие этим стандартам рассматривается как безгрешная жизнь. Святость правильно понимается как проблема более важная, чам самовыражение, и неверно определяется как „совершение правильных дел“ вместо „любви к Богу и окружающим“.

Люди, измеряющие святость исключительно внешними проявлениями, оставляют мало места вопросу о том, что может находиться внутри. Страсть и радость исключаются, благодать затушевывается, в то время как библейские стандарты преподносятся таким образом, что их исполнение помогает заработать Божье принятие.

Вместо того, чтобы принимать людей, приходящих к Богу, как личностей, которые были прощены и призваны к содержательной и полноценной жизни, законники пытаются поместить их в определенные рамки. Те, кто вписывается в рамки закона (есть ли вообще такие?), чувствуют гордость. Те, кто выпадает за рамки, удивляются, почему они не могут быть такими духовными, как все остальные.

В холодном климате законничества, когда проповеди напоминают шлепки, не трудно понять полное принятие идеи о свободе, которая означает шанс стать живым, восстановить внутренние разрушения, честно встретиться с проблемами и попробовать их решить. О свободе, которая побуждает вас думать о том, кто вы такой, чего вы хотите, которая помогает вам проявить таланты и чувства, высказать собственные суждения. Переход от жестких шлепков к ложному одобрению приветствуется многими. Самосовершенствование естественно воспринимается как более привлекательная ценность, нежели давящая нравственность.

Лэрри Крабб, Мужчина и женщина

Чем больше нашего собственного «я» мы убираем с пути, позволяя Ему взять контроль над нами, тем больше мы становимся самими собою.

Он содержит в себе такое богатство и такое разнообразие, что миллионов и миллионов «маленьких Христов», каждый из которых не похож на другого, все еще не будет достаточно, чтобы полностью выразить Его. Он сделал всех нас. Он придумал нас, как писатель придумывает действующих лиц в романе — всевозможными и разнообразными, какими вам и мне предстояло стать. В этом смысле наше подлинное «я» все еще ожидает своего проявления в Нем. Нет пользы пытаться «быть самим собой», минуя Его. Чем больше я сопротивляюсь Ему и стараюсь жить по-своему, тем больше господствуют надо мной мои наследственность и воспитание, окружающая среда и растущие во мне страхи и желания. Фактически то, что я с гордостью называю «самим собою», оказывается лишь пунктом пересечения всех последствий тех явлений, событий, случаев и процессов, которые не я начинал и не мне прекращать. Так называемые «мои желания» попросту навязаны мне физическими отправлениями моего организма, или мыслями других людей, или подсказаны дьяволом. Я плотно поел, крепко выпил и отлично выспался — вот истинный источник того минутного вожделения, которое я испытал к девушке, сидящей напротив меня в купе вагона, между тем я наивно приписываю его моему «тонкому вкусу и независимому, высоколичному решению». Пропаганда — вот истинный источник того, что я именую своими политическими убеждениями. В своем естественном состоянии я далеко не та личность, какой считаю себя. Больщую часть того, что я называю своим «я», можно объяснить какими-то внешними причинами. Только когда я обращаюсь к Христу, когда я передаю себя Ему, капитулирую перед Его личностью, — только тогда я начинаю приобретать собственное, настоящее «я»!

Вначале я сказал, что Бог содержит в Себе личности. Сейчас я хочу остановиться на этом подробнее. Нигде, кроме как в Нем, истинных личностей не бывает. Пока вы не отдадите себя Ему, вы не сможете обрести своего истинного «я». Одинаковость встречается, главным образом, среди естественных людей, а не среди тех, кто отдал себя Христу. Какими монотонно одинаковыми выглядят великие тираны и завоеватели всех времен и народов; как величественно разнообразны святые! Вам следует по-настоящему отдать себя, без сожалений — отказаться от своего «я», и взамен Христос действительно даст вам настоящее «я», истинную личность: однако вы не должны приходить к Нему только ради этого. Если ваше личное «я» — это все, что вас волнует, значит, ваш путь к Нему еще не начинался. Самый первый шаг на этом пути — постараться вовсе забыть о себе. Ваше подлинное новое «я» (личное «я» Христа, а также ваше, и оно ваше только потому, что оно — Его) не придет к вам до тех пор, пока вы будете стараться найти его. Оно придет, когда вы станете искать Христа. Это звучит странно, не так ли?

Но тот же самый принцип действует и в других областях. Даже в общественной жизни вы не сумеете произвести хорошего впечатления, пока не перестанете думать о том, какое впечатление на них производите. То же самое относится к литературе и искусству: ни один человек, более всего заботящийся об оригинальности, никогда оригинальным не станет; и наоборот, если вы просто стараетесь выразить истину (нимало не заботясь о том, как часто до вас говорили о ней другие), — девять против одного, что вы действительно окажетесь оригинальным, даже не замечая этого.

Принцип этот пронизывает всю жизнь, сверху донизу. Отдайте себя — и вы обретете себя. Пожертвуйте жизнью — и вы спасете ее. Предавайте смерти свое тщеславие, свои самые сокровенные желания каждый день и свое тело — в конце, отдайте каждую частицу своего существа — и вы найдете жизнь вечную. Не удерживайте ничего. Ничто из того, что не умерло в вас, не воскреснет из мертвых. Будете искать «себя», и вашим уделом станут лишь ненависть, одиночество, отчаяние, гнев и гибель. Но если вы будете искать Христа, то найдете Его, и «все остальное приложится вам».


Клайв Льюис, Просто христианство

Каков я на самом деле


Когда я готовлюсь к вечерней молитве и стараюсь припомнить все совершенные мною за день грехи, в девяти случаях из десяти самым очевидным будет нарушение заповеди любви к ближнему: я или сердился, или огрызался, или насмехался, или обрывал разговор, или кричал и возмущался. И в моем уме сразу же возникает оправдание: меня провоцировали: со мной заговорили неожиданно; меня застали врасплох: у меня не было времени собраться с мыслями. Все это как будто служит смягчающим обстоятельством: мое поведение могло бы быть гораздо хуже, если бы я это совершил сознательно, предварительно обдумав.

С другой стороны, все, что человек делает, когда его застают врасплох, — лучшее доказательство того, какой он в действительности. То, что срывается с языка, прежде чем будет время подавить свой порыв, выдает истинную суть. Если в подвале водятся крысы, то больше всего шансов увидеть их, если вы войдете туда неожиданно. Но не неожиданность порождает крыс; она только препятствует им вовремя скрыться. Точно так же не неожиданность повода или предлога делает меня вспыльчивым; она лишь обнаруживает мою вспыльчивость. Крысы в подвале живут постоянно, но если вы будете входить туда с криками и шумом, они спрячутся, прежде чем вы включите свет.

Очевидно, крысы противоборства и мстительности постоянно бытуют и в подвале моей души. Этот подвал находится за пределами досягаемости моей сознательной воли. До определенного предела я в состоянии контролировать свои действия, но над своим темпераментом прямого контроля я не имею. А если то, какие мы, важнее, чем наши поступки; если наши поступки важны (главным образом), постольку, поскольку показывают, кто мы, из этого следует, что перемена, которой мне предстоит подвергнуться, не может быть произведена посредством моих собственных усилий. Это относится и к хорошим поступкам. Много ли я совершил их под воздействием добрых побуждений? Сколько раз они были результатом того, что я боялся общественного мнения или испытывал желание показать себя с хорошей стороны? Сколько из них было совершено из-за своего рода упрямства или чувства превосходства, которые при других обстоятельствах могли привести меня к совершению плохих поступков? Но я не в состоянии с помощью прямого нравственного усилия пробудить в себе новые стимулы. Сделав всего несколько шагов по дороге христианства, мы начинаем понимать, что все необходимые перемены внутри наших душ могут быть произведены только Богом.


Клайв Льюис, Просто христианство

Не грех, а болезнь


Плохой психологический материал — не грех, а болезнь. Тут требуется не покаяние, а лечение. Это, между прочим, очень важно понимать. Люди судят друг о друге по внешним проявлениям. Бог судит нас на основе того морального выбора, который мы делаем. Когда психически больной человек, испытывающий патологический страх к кошкам, движимый добрыми побуждениями, заставляет себя подобрать котенка, вполне возможно, что в глазах Бога он проявляет больше мужества, чем здоровый человек, награжденный медалью за храбрость в сражении. Когда человек, крайне испорченный с детства, привыкший думать, что жестокость — это достоинство, проявляет хоть немножечко доброты или воздерживается от жестокого поступка и, таким образом, рискует быть осмеянным друзьями, он, быть может, в глазах Бога делает больше, чем сделали бы мы с вами, пожертвовав жизнью ради друга.

К этой же самой идее можно подойти и с другой стороны. Многие из нас производят впечатление очень милых, славных людей. Но на деле, возможно, мы приносим лишь незначительную часть той пользы, которую могли бы принести, принимая во внимание нашу хорошую наследственность и отличное воспитание. Поэтому в действительности мы хуже, чем те, кого сами считаем злодеями. Можем ли мы с уверенностью сказать, как бы мы себя повели, если бы были наделены психологическими комплексами, да вдобавок плохо воспитаны и, сверх всего, получили бы власть, ну, скажем, Гиммлера? Вот почему христианам сказано: не судите.

Мы видим только плоды, которые получились из сырья вследствие выбора, сделанного человеком. Но Бог судит его не за качество сырья, а за то, как он использовал его. Большая часть психологических свойств зависит от физиологических особенностей, но когда тело отмирает, остается лишь нетленный истинный человек, который выбирал и теперь несет ответственность за лучшее или худшее использование того материала, что был в его распоряжении. Всевозможные добродетельные поступки, которые мы считали проявлением наших собственных достоинств, были, оказывается, результатом нашего хорошего пищеварения, и они не зачтутся нам; не зачтется и другим многое плохое, что совершали они по причине различных комплексов или плохого здоровья. И тогда, наконец, мы впервые увидим каждого таким, каков он есть. Нас ожидает немало сюрпризов.


Клайв Льюис, Просто христианство

... что значит «любить ближнего, как самого себя». А как я люблю себя?

Вот сейчас, когда я подумал об этом, я понял, что у меня нет особой нежности и любви к себе самому. Я даже не всегда люблю свое собственное общество. Значит, слова «возлюби ближнего своего», очевидно, не означают «испытывай к нему нежность» или «находи его привлекательным». Впрочем, так и должно быть, потому что, конечно же, как бы вы ни старались, вы не заставите себя почувствовать нежность к кому бы то ни было. Хорошо ли я отношусь к самому себе? Считаю ли я себя приятным человеком? Что ж, боюсь, что минутами — да (и это, несомненно, худшие мои минуты). Но люблю я себя не поэтому; не потому, что считаю себя славным парнем. На деле все наоборот, а именно: любовь к себе заставляет меня думать, что я, в сущности, славный парень. Следовательно, и врагов своих мы можем любить, не считая их приятными людьми. Это великое облегчение. Потому что очень многие думают, что простить своих врагов значит признать, что они, в конце концов, не такие уж плохие, тогда как на самом деле всем ясно, что они действительно плохи.

Давайте продвинемся еще на шаг вперед. В моменты просветления я не только не считаю себя приятным человеком, но, напротив, нахожу себя просто отвратительным. Я с ужасом думаю о некоторых вещах, которые я совершил. Значит, мне, по всей видимости, дозволяется ненавидеть и некоторые поступки моих врагов. И вот уже мне вспоминаются слова, давно произнесенные христианскими учителями: «Ты должен ненавидеть зло, а не того, кто совершает его». Или иначе: «Ненавидеть грех, но не грешника». Долгое время я считал это различие глупым и надуманным; как можно ненавидеть то, что делает человек, и при этом не ненавидеть его самого? Но позднее я понял, что годами именно так и относился к одному человеку, а именно к самому себе. Как бы я ни ненавидел свою трусость или лживость, или жадность, я тем не менее продолжал любить себя, и мне это было совсем не трудно. Фактически я ненавидел свои дурные качества потому, что любил себя. Именно поэтому так огорчало меня то, что я делал, каким я был. Следовательно, христианство не побуждает нас ни на гран смягчить ту ненависть, которую мы испытываем к жестокости или предательству. Мы должны их ненавидеть. Ни одного слова, которые мы сказали о них, не следует брать обратно. Но христианство хочет, чтобы мы ненавидели их так же, как ненавидим собственные пороки, то есть чтобы мы сожалели, что кто-то мог поступить так, и надеялись, что когда-нибудь, где-нибудь он сможет исправиться и снова стать человеком.

Проверить себя можно следующим образом. Предположим, вы читаете в газете историю о гнусных и грязных жестокостях. На следующий день появляется сообщение, где говорится, что опубликованная вчера история, возможно, не совсем соответствует истине и все не так страшно. Почувствуете ли вы облегчение: «Слава Богу, они не такие негодяи, как я думал». Или будете разочарованы и даже попытаетесь держаться первоначальной версии просто ради удовольствия думать, что те, о ком вы читали, — законченные мерзавцы? Если человек охвачен вторым чувством, тогда, боюсь, он вступил на путь, который — пройди он его до конца — заведет его в сети дьявола. В самом деле, ведь он хочет, чтобы черное было еще чернее.

Стоит дать волю этому чувству, и через какое-то время захочется, чтобы серое, а потом и белое тоже стало черным. В конце концов появится желание все, буквально все — Бога, и наших друзей, и себя самих — видеть в черном свете. Подавить его уже не удастся. Атмосфера безудержной ненависти поглотит такую душу навеки.


Клайв Льюис, Просто христианство
Пару лет назад я создал проект "соединение точек". Сам проект давно "мертв", но не его истории. Недавно я просматривал их и решил оставить здесь пару ссылок, из моих "историй", на память. Я выбрал эти 3:

Моя спонтанная идея

Найди свое призвание!

Как Ван Гог меня выручил

Научиться любить

Я помню как в детстве у меня и у моих сверстников было одно общее хобби. Мы создавали анкеты с вопросами для своих друзей. Начинались они обычно с вопросов, определяющих личность человека: "Твое имя? Твой возраст?" Потом переходили к его предпочтениям: "Твой любимый цвет? Твое любимое животное?" Вопросы, конечно, могли варьироваться в зависимости от личных интересов "хозяина анкеты", но как правило, почти все они заканчивались одним и тем же философским вопросом: "Что такое любовь?"

Удивительно, но если задать в поисковике Google фразу: "Что такое", то следующее слово, которое он сам вам "предложит" будет именно "любовь". А так как система предлагаемых слов построена по принципу "чаще всего задаваемых", то можно себе только представить, какое огромное количество пользователей интернета интересует определение этого понятия.

Популярная интернет-энциклопедия Википедия дает следующее определение любви: „Любовь - чувство, свойственное человеку, глубокая привязанность к другому человеку или объекту, чувство глубокой симпатии“. Казалось бы, все просто и понятно, зачем еще философствовать? Почему каждый человек пытается найти или даже дать ей какое-то свое определение?


Любовь - жизненно необходима

Любовь - это куда "глубже", чем "глубокая симпатия". Это чувство, которое проявляется не только в словах, но и в действиях. Каждый из нас ассоциирует любовь с каким-то особым ощущением - очень близким, родным, жизненно необходимым...

Император римской империи Фридрих II (1194-1250) заинтересовался однажды, на каком языке заговорят дети, не слышав в своей жизни ни одного человеческого слова. Он решил поставить эксперимент и поручил женскому монастырю воспитывать нескольких сирот при помощи кормилиц. Хотя они и должны были растить детей, они не имели права проявлять по отношению к ним хоть какую-то ласку и произносить хоть какие-то слова.

Но император так и не узнал, смогут ли вообще дети говорить, потому что эксперимент полностью провалился. И вовсе не по вине кормилиц, которые строго держались правил. Все дети очень скоро умерли, потому что не могли жить без ласк, поцелуев и обычных улыбок их опекунш.

Без любви наша жизнь теряет не только смысл, но и один из важнейших ресурсов для существования. Она так же важна как и воздух, которым мы дышим. У каждого ребенка есть потребность в родительской ласке и если ее недостает, то это прямым путем отражается на его умственном и физическом развитии.


Любовь - это жертва

Наверняка, многие из вас слышали о том, как апостол Павел в своем первом послании к Коринфянам описывает любовь: "Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит".

Уверен, все бы мы хотели, чтобы нас так любили. Но можем ли мы так любить? Если вы будете честны перед самими собой, то боюсь, что далеко не многие смогут ответить мне "да". Именно поэтому, каждый пытается дать любви какое-то свое определение по своим меркам, по своей готовности "любить".

Любовь - это готовность жертвовать - своим "я", своими желаниями и прихотями - ради другого человека. Но жертвенность не может проявляться в какой-то только одной сфере взаимоотношений, например, в финансах. Потому что в противном случае это уже не жертва, а более или менее выгодное соглашение по отношению к любимому человеку. Ведь в каждом "бизнесе" ты где-то выигрываешь, а где-то проигрываешь... Жертвенность же проявляется во всем: посвящении времени, проявлении эмоций и даже готовности раскрыть свою душу не смотря на то, что в нее в очередной раз могут "плюнуть"... Если ты не готов жертвовать - значит ты не любишь.

Звучит парадоксально, но только жертвуя - мы приобретаем. В первую очередь мы приобретаем самих себя. Мы становимся приятными не только окружающим, но и себе. И одиночество уже не является для нас пыткой, каковой она казалась нам раньше. Ведь наша душа больше не стремится потреблять. Напротив, она жаждет отдавать и только это придает дискомфорт в одинокие минуты.

Во-вторых, мы приобретаем людей. Знаменитая поговорка звучит "Не имей сто рублей, а имей сто друзей", потому что истинное счастье не в деньгах - а в умении делать счастливыми людей вокруг себя. Без настоящей, жертвенной любви - это невозможно.

Один малоизвестный немецкий писатель, Хаинц Пангельс, страдавший Детским Церебральным Параличом, написал о любви следующие слова: "Обязанность без любви делает раздражительным. Ответственность без любви - бесцеремонным. Справедливость без любви - жестоким. Правда без любви - критиканом. Воспитание без любви - двуликим. Ум без любви - хитрым. Приветливость без любви - лицемерным. Компетентность без любви - неуступчивым. Власть без любви - насильником. Честь без любви - высокомерным. Богатство без любви - жадным. Вера без любви - фанатиком. Есть только одна преображающая сила - любовь".


Бог есть любовь

Для меня самая центральная точка Библии находится в слове "Совершилось", произнесенное Иисусом Христом на кресте, перед тем как Он "испустил свой дух" (Иоанна 19:30). Это тот самый момент, к которому шла история вселенной до этого, и от которого она отталкивается в дальнейшую вечность. В этом слове - центр всей человеческой истории, на котором обрывается ее первый этап и пишется уже совершенно новая история.

Здесь сказано все: победа над дьяволом, спасение человечества и самое главное - доказательство Божьей безмерной любви к нам - людям. Вот та любовь, которую люди пытаются понять на протяжении двух тысяч лет, но так и не способны постигнуть ее сполна. Мы лишь можем сравнить ее с какими-то своими человеческими ассоциациями, например, родительской любовью. Но и здесь мы часто промахиваемся, ведь родители бывают такими несовершенными... Любовь же Христа - совершенна.

Иисус пошел добровольно на крест, ради каждого своего творения. Он принимал это решение в полном одиночестве, без какой-либо поддержки даже со стороны своих учеников. Вот как Дитрих Бонхёффер, богослов двадцатого столетия, пострадавший и, в конце концов, расстрелянный нацистами в концлагере, описывает тот путь, который Xристос прошел, перед тем, как взошел на Голгофу:

"Неизмеримо легче страдать, повинуясь человеческому приказу, чем совершая поступок, сделав свободный выбор, взяв на себя ответственность. Несравненно легче страдать в коллективе, чем в одиночестве. Бесконечно легче почетное страдание у всех на виду, чем муки в безвестности и с позором. Неизмеримо легче страдать телесно, чем духовно. Христос страдал, сделав свободный выбор, в одиночестве, в безвестности и с позором, телесно и духовно..."

Только сердце бесконечно любящее готово совершить такую жертву. Бог так же призывает наше сердце к жертве. Он призывает нас "распять" наше эго ради окружающих нас людей. Он хочет сделать нас свободными и вложить в нас дар настоящей, искренней любви, переполняющую нас настолько, что никто вокруг нас не останется ей незатронутой.

Другие мои статьи:

Научиться прощать

Клуб анонимных эгоистов

Зачем мы нужны Богу?

Где справедливость?

Невидимая сторона

антиболевая пятерка

В погоне за счастьем

Легче расщепить атом, чем предрассудок

73 секунды

Истинная свобода

Think Different (Думай иначе)


Вчера, на 95-м году жизни, скончался Нельсон Мандела. Для меня, как и для многих других - он был героем нашего времени. Не так давно я написал статью, в которой использовал один из принципов Нельсона Манделы, чтобы научиться прощать...

НАУЧИТЬСЯ ПРОЩАТЬ

Однажды я рассказал своему другу о том, как сложно мне простить одного человека и снова принять его в мое сердце. Это была тяжелая боль, с которой я пытался справиться и не знал как. Более того, я не находил ни одного здравого аргумента в пользу прощения этого человека.

Мой друг напомнил мне одну историю. Это история о самой большой и в то же время нелогичной любви на этой земле. Она повествует о Боге, Который создал человека, зная, что тот его предаст. И даже когда Адам с Евой действительно предали Его, Он все равно сделал выбор в пользу спасения человечества, зная, сколько боли они принесут как Ему, так и друг другу. Не смотря ни на что, Иисус отдал свою жизнь ради своих предателей, чтобы они имели шанс на спасение.

С тех пор мы делаем друг другу больно, а Бог призывает нас прощать. Но почему это так важно? Ведь это стоит нам иногда такого смирения, а порой нам даже кажется это совершенно невозможным. Как нам справиться с той болью, которая нас гложет?

1. Не прощая, мы вредим самим себе

Нельсон Мандела - это одна из самых известных личностей среди активистов за права человека. На своей родине, в Африке, он просто легенда. Из-за активной борьбы за права чернокожих он был пожизненно осужден и просидел в тюрьме 27 лет. Не смотря ни на что, это не сломало Манделу. Вскоре после своего освобождения он стал первым в истории чернокожим президентом ЮАР.

Невероятная история невероятного человека. Как можно провести почти 30 лет взаперти и не потерять силу духа? Девизом Нельсона Манделы были следующие слова: "Обижаться и негодовать - это все равно, что выпить яд в надежде, что он убьет твоих врагов".

Есть люди, которые просто не заслужили нашего прощения. Но испытывая ненависть к другому человеку, мы лишь уничтожаем самих себя. Мы постоянно думаем о нем, мечтая о расплате. При этом это никак не отражается на нашем ненавистнике, зато явно отражается на нашем внутреннем мире.

2. Только простив, мы становимся свободными

В своем бестселлере "Xижина" Уильям Пол Янг рассказывает о мужчине, маленькая дочь которого была похищена, изнасилована и убита. Горечь трагедии, которую пережила вся его семья можно себе только представить. Спустя 4 года Мак, отец семьи, получает письмо от самого Бога, в котором Тот приглашает его встретиться с Ним. Мак откликается на призыв и проводит несколько замечательных дней в общении с Богом.

Все их общение построено так, словно они находятся в путешествии к какой-то конкретной цели, приготовленной Богом. Наконец, они добираются до этой цели, и она гласит: простить убийцу его дочери. Когда я дочитал книгу до этого момента, я был в негодовании: "Боже, что угодно, но только не это... Ты не можешь требовать от нас прощения за такие преступления..." Но, к сожалению, это единственный путь освободиться от ненавистных нам людей. До тех пор пока мы не прощаем человека, мы словно закованы им цепями.

Прощение - это единственный путь заглушить нашу боль. Конечно, порой нужно время, много времени... Невозможно просто сказать: я прощаю и все. Но если вы искренне захотите этого, то медленно, но верно ваше сердце начнет исцеляться от ран.

3. Прости им, ибо не знают, что творят

Не все люди, причиняющие нам боль - плохие люди. Вспомните тот случай, когда вы протягивали кому-то руку, но тот случайно не заметил этого и не протянул руку в ответ. Как вы себя при этом чувствовали? Вам хотелось, чтобы как можно меньше людей заметило эту неловкую ситуацию, а порой даже хотелось провалиться сквозь землю. Многие люди были неоднократно отвергнуты своими родными и близкими. Это заставило их спрятаться под оболочкой безразличия к окружающим, чтобы защитить себя от подобной боли.

Некоторые люди кажутся нам высокомерными, при этом мы совсем не знаем их истории. Мы не знаем, какая боль скрывается под их высокомерием. Мы не знаем того, как сильно они нуждается в нас, хотя им стыдно признаться в этом из страха, что их в очередной раз отвергнут. Вместо этого они оскорбляют нас полным пренебрежением, страхуя себя таким образом от возможного риска отвержения.

Такие люди больше других нуждаются в любви. Ведь если человека неоднократно отвергали его родные и близкие, то он перестает понимать, за что его вообще можно любить. Это требует большого терпения и неоднократного прощения с нашей стороны. Но только так мы сможем помочь человеку снова поверить и полюбить себя.

4. Люди не могут заменить нам Бога

Порой мы возлагаем на людей надежды, которые они не могут оправдать. За это мы чувствуем себя обманутыми, преданными, разочарованными и не можем простить их за это. Главная же проблема заключается в том, что мы все запрограммированы на команду "потреблять", думая, что это сделает нас счастливее. На самом же деле только отдавая, мы обретаем счастье.

Вы спросите меня: "А кто же позаботится обо мне? Ведь у меня тоже есть потребности, нуждающиеся в удовлетворении!" Конечно есть! Но большая часть нашей эмоциональной неудовлетворенности связанна с дефицитом нашего общения с Богом. Мы требуем поддержки от людей, совершенно не замечая рядом Бога. И, конечно, мы разочаровываемся, ведь наше сердце остается пустым.

Отдавая свое сердце Богу, Он наполняет его Своей любовью. И тогда мы перестаем требовать от других то, что может дать нам только Он. Напротив, переполняясь Eго любовью, мы сами будем искать любую возможность, чтобы подарить ее другим.

5. Прощайте, как и вы прощены были

Мы понятия не имеем, сколько боли мы причинили другим людям в нашей жизни. Мы даже и не догадываемся, как часто нас прощали за наши проступки, которые мы даже не замечали. Живя в Германии, я неоднократно убедился в том, как часто банальное недопонимание высказанной фразы может привести к извращенному пониманию всей ситуации. Иногда я думаю, скорее бы уже Иисус всех нас забрал на небо, где не будет никаких языковых барьеров и мы научимся понимать друг друга с полуслова.

В начале я рассказал вам историю любви, в которой Бог решил создать человека не смотря на то, что знал о его будущем предательстве. Так почему же это не остановило Его? Потому что это того стоило. Те маленькие моменты радости, которые Бог переживает вместе с нами, стоили того, чтобы создать человека. То чувство счастья, которое мы иногда испытываем, было главным мотивом в его создании.

Мы все не идеальны, но это стоит того, чтобы прощать друг друга, не смотря ни на что. Ради себя и ради других. Порой это очень сложно... невыносимо сложно... Но другого пути нет. Это единственный способ исцелить наше сердце и освободиться от тяжелого бремени непрощения.

P.S. Небольшой бонус от моего брата Вилли:


ПРОЩАЮ

Я прощаю людей не за их красоту,
Не за их раскаяния даже.
Я прощаю людей, потому что люблю,
Безусловной любовию страждя.

Забывайте обиды, друзья неустанно!
Берегите Любовь, дорогие!
И просите прощения, пусть вы и правы.
Ведь прощения просит лишь сильный.

антиболевая пятерка

В погоне за счастьем

Легче расщепить атом, чем предрассудок

73 секунды

Истинная свобода

Think Different (Думай иначе)